Сомнение в позитивных изменениях.

28/11/2016
3 октября Конституционным Судом РФ вынесено определение № 2358-О по жалобе адвокатов Сергея Бадамшина и Гаджи Алиева на нарушение их конституционных прав ст. 18 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений», которым было отказано в принятии жалобы к рассмотрению. 

Тем не менее многие увидели в определении некое «положительное содержание», и документ получил широкую огласку в средствах массовой информации. В нем затрагивается наболевшая для многих адвокатов (к счастью, не во всех регионах России) проблема воспрепятствования свиданиям адвокатов с подзащитными в условиях СИЗО без предъявления письменного подтверждения следователя о вступлении адвоката в уголовное дело в качестве защитника. Конституционный Суд РФ высказался о недопустимости требовать от адвокатов при посещении следственных изоляторов иных документов, кроме удостоверения и ордера. Действительно, содержание определения позитивное, но на самом деле радоваться собственно нечему. 

Указанная проблема при посещении адвокатами следственных изоляторов существует уже более 15 лет. Ранее, в п. 149 Правил внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденных Приказом Минюста России от 12 мая 2000 г. № 148, содержалась норма, устанавливающая, что свидания подозреваемым и обвиняемым предоставляются с адвокатом, участвующим в деле в качестве защитника, по предъявлении им документа о допуске к участию в уголовном деле, выданного лицом или органом, в производстве которых находится уголовное дело. Постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 2 октября 2002 г. № 93пв-02 эта норма была признана незаконной. Позиция Конституционного Суда РФ была высказана еще ранее – в постановлении от 25 октября 2001 г. № 14-П, согласно которому выполнение адвокатом, имеющим ордер юридической консультации на ведение уголовного дела, процессуальных обязанностей защитника не может быть поставлено в зависимость от усмотрения должностного лица или органа, в производстве которых находится уголовное дело. 

После вынесения судебных решений в федеральном законодательстве произошли изменения. Так, 8 декабря 2003 г. в ст. 18 Федерального закона от 15 июля 1995 г. № 103-ФЗ «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершении преступлений» был установлен прямой запрет на истребование у адвокатов для допуска в СИЗО каких-либо иных документов, за исключением удостоверения и ордера. 

Введенные в действие уже после изменений в Федеральный закон Правила внутреннего распорядка следственных изоляторов уголовно-исполнительной системы, утвержденные Приказом Минюста России от 14 октября 2005 г. № 189, также не предусматривали возможности требования у адвокатов документов, подтверждающих вступление в уголовное дело (за исключением ордера и удостоверения). 

Таким образом, ничего принципиально нового в определении Конституционного Суда РФ № 2358-О от 25 октября 2016 г. не содержится – запрет на истребование у адвокатов «разрешительных» документов на посещение подзащитного существовал и ранее, но многими должностными лицами ФСИН России попросту игнорировался. При этом представляется сомнительным, что очередное подтверждение неправомерности требования от адвокатов «разрешительных» документов, закрепленное в определении Конституционного Суда РФ, что-либо изменит на практике. До тех пор пока не будет введена адекватная мера ответственности за учинение препятствий для доступа адвоката к своему подзащитному, злоупотребления со стороны сотрудников следственных изоляторов будут продолжаться.
 
Сергей БОРОДИН
Советник ФПА РФ, член Комиссии ФПА РФ по этике и стандартам
 
Поделиться